Вечной памяти Нины Макаровны Чередеевой-


Понимаешь, это странно, очень странно, но такой уж я законченный чудак: я гоняюсь за туманом, за туманом, и с собою мне не справиться никак. Люди посланы делами, люди едут за деньгами, убегая от обид и от тоски. А я еду, а я еду за мечтами, за туманом и за запахом тайги. А я еду, а я еду за мечтами, за туманом и за запахом тайги. Понимаешь, это просто, очень просто для того, кто хоть однажды уходил. Ты представь, что это остро, очень остро: горы, солнце, пихты, песни и дожди. Пусть полным-полно набиты мне в дорогу чемоданы: память, грусть, невозвращенные долги. А я еду, а я еду за туманом, за мечтами и за запахом тайги.
Солнце БессознательногоLe soleil de l'Inconscientشمس اللاوعيEl sol del InconscienteThe Sun of the Unconscious

Ντουνιάς, दुनिया, дуња

Greek ντουνιάς [dunyās], Hindi दुनिया [duniyā] and Macedonian дуња [dunyā] are but three of a plethora of forms borrowed from Arabic دنيا [dúnyā] with the same meaning: 'world'. Many of the borrowing languages (and Arabic itself) have their own word for the concept (Arabic has عالم [cālam]), but dunya has firmly established itself in all. Arabic دنيا [dúnyā] 'world' was originally an adjective, feminine of أدنى 'lower', which never existed but as part of الحياة الدنيا ['al ḥayātu-d-dúnyā] 'the lower life', which reminds us, time and again, of Lithuanian pasaulis 'world' – literally, 'what lies under the Sun'!

✉️-ilv@inlinguaveritas.org
-This site ows its conception to Sarah Frantz-
-Ce site doit sa naissance à Elian Carsenat--